Райнхольд Месснер: "На большой высоте, в разряженной атмосфере, альпинисты мутируют в зомби"

Райнхольд Месснер (Reinhold Messner). Фото ispo . com
Райнхольд Месснер (Reinhold Messner). Фото ispo . com


Ровно 40 лет тому назад, 8 мая 1978 года итальянец Райнхольд Месснер (Reinhold Messner) и его компаньон - австрийский альпинист Петер Хабелер (Peter Habeler)стали первыми в мире, кто смог подняться на вершину Эвереста без использования кислородных баллонов!

19 апреля 2018 года по этому поводу в Катманду, столице Непала была организована встреча альпинистов той самой знаменательной экспедиции

Сегодня, накануне первой трансляции на канале Servus TV своего фильма о историческом восхождении, Райнхольд Месснер говорил в интервью о своих чувствах на вершине, о альпинизме каким он был тогда и каким стал сегодня, о роли производителей снаряжения и амбициях современных альпинистов.

Когда, 40 лет тому назад, Райнхольд и Петер поднялись на вершину Эвереста, они открыли миру новую, доселе неизведанную границу в альпинизме, ознаменовав тем самым новую веху в истории горных восхождений.
И как раз по случаю 40-летнего юбилея этого события Райнхольд презентует свою третью режиссерскую работу под названием “Mount Everest – The Last Step.”

8 мая Вы и Петер поднялись на вершину Эвереста. Вы были там примерно в 13:15 дня. Что Вы чувствуете сейчас, по прошествии 40 лет?

Воспоминания о этом событии сейчас весьма актуальны. Однако, я бы не вспомнил, без заглядывания в свой дневник, точное время когда мы поднялись на вершину. В любом случае точное время не имеет значения. Мы помним те чувства, которые нахлынули на нас а не действительную реальность, которая нас окружала.

Однако, я очень отчётливо помню: когда я поднялся на вершину, я присел на корточки и тут же попытался достать из рюкзака свою фотокамеру; было очень неудобно шевелиться, нужно было снять рюкзак и перетрясти вещи; да и не безопасно: на вершине было ужасно холодно и ветрено.
Но в моей голове навсегда осталась запечатлённой одна сцена: Петер наклоняется ко мне по громоподобный вой ветра и мы обнимаемся и благодарим друг друга. Это был очень эмоциональный момент!
Весь остальной мир был так далеко от нас двоих!
При этом мы вдвоём ни на секунду не теряли мысли о том, что нам удалось совершить нечто невероятное, уникальное, что еще никто не делал. Мы были на вершине, но теперь впереди нас было самое сложное - безопасный спуск. Это была единственная ясная мысль, которую я осознавал тогда в полной мере.

Райнхольд Месснер (Reinhold Messner) на награждении премией ISPO Cup в 1989 году. Награду вручает Ханс Цехетмейр (Hans Zehetmair) государственный министр по вопросам науки, исследований и искусства. Фото Messe München
Райнхольд Месснер (Reinhold Messner) на награждении премией ISPO Cup в 1989 году. Награду вручает Ханс Цехетмейр (Hans Zehetmair) государственный министр по вопросам науки, исследований и искусства. Фото Messe München



В то время восхождение на Эверест без кислородных баллонов считалось невозможным. Чего было больше в Ваших действиях безрассудства или уверенности?

Скажу прямо - я сознательно избегаю слова безрассудство. С таким подходом экспедиция была бы невозможной. Более того, если подходить к горам с таким настроем, то точно можно ждать беды.
Не смотря на хорошую подготовку, сложную логистику и лучшее снаряжение в такой экспедиции всегда остается место для риска, который Вы должны принять как должное.
Идея подняться на Эверест без кислорода была моей мечтой долгое время, я вынашивал эту идею дольше чем кто либо в то время. Уже в 1972 году Вольфганг Найрц (Wolfgang Nairz), Освальд Ольц (Oswald Oelz) и я решили попробовать пройти Эверест без кислорода; это было сразу после восхождения на восьмитысячник Манаслу. Но потребовалось 6 лет прежде чем мы смогли получить разрешение на восхождение от правительства Непала.

И в 1978 году Вы присоединились к австрийской экспедиции.

По сути мы с Петером были отдельной связкой в австрийской экспедиции, главной целью которой было первое восхождение на вершину австрийцев.
Петер и я работали полностью независимо от остальных участников команды, мы были самостоятельной связкой.
Мы заплатил сами за участие в экспедиции, что бы нам разрешили пользоваться услугами Базового лагеря и провизией.
Во время акклиматизации, до того момента, пока мы не разбили последний, штурмовой лагерь, мы конечно, работали на горе совместно с остальными альпинистами. Но на сам штурм вышли самостоятельно и также самостоятельно провели спуск.

Как Вы проходили ледопад Кхумбу?

В то время, конечно же, еще не существовало команды "Icefall Doctors", группы шерп, которые как раз и занимаются прокладкой маршрута через опаснейший участок восхождения - ледопад Кхумбу.
Мы сами занимались прокладкой наиболее безопасного и кратчайшего пути через ледопад Кхумбу к Южному седлу Эвереста. И конечно делали это без помощи шерп.
Задача наших шерп заключалась в обеспечении базового лагеря снаряжением и провизией.
Сегодня всё наоборот.
Шерпы, которые выросли в профессиональных альпинистов теперь самостоятельно провешивают весь маршрут на вершину горы для клиентов и потом еще ведут каждого из них на вершину.
В опасном ледопаде Кхумбу, который меняет свои формы ежедневно, большую часть времени работают именно шерпы, они провешивают веревки, ставят лестницы, и даже могут в кратчайшие сроки поменять маршрут, если на то будет весомая необходимость.

Более подробно о работе непальских шерп на высочайшей вершине мира читайте в статье: ОДНОРАЗОВЫЕ ЛЮДИ: ИСТОРИЯ ЖИЗНИ ШЕРП РАБОТАЮЩИХ НА ЭВЕРЕСТЕ

В то время врачи, занимавшиеся исследованиями работой головного мозга выступали решительно против подобного восхождения на Эверест без использования кислородных баллонов. Как Вы готовили себя морально и физически к такому риску?

До Эвереста я уже поднимался на вершины трёх восьмитысячников и уже представлял себе как реагирует моё тело на большую высоту. Петер тоже имел опыт восхождения на восьмитысячник, так что мы не были новичками в больших горах.
Самообладание альпиниста растет с его опытом и это было основным требованием к началу экспедиции.
Кроме того мы с Петером не ставли перед собой цель во что бы то ни стало, любой ценой, достичь вершины. Мы лишь хотели нащупать предел наших возможностей или подниматься до тех пор, пока страх не согнал бы нас вниз. Мы готовы были к неудачной попытке и даже планировали варианты схода с маршрута.

Райнхольд Месснер (Reinhold Messner) и Петер Хабелер (Peter Habeler). Фото ispo . com
Райнхольд Месснер (Reinhold Messner) и Петер Хабелер (Peter Habeler). Фото ispo . com


Какую тактику Вы выбрали?

Я действительно не принимал во внимание предупреждения врачей и ученых о опасностях бескислородного восхождения на Эверест, поскольку помнил о таком историческом событии, как экспедиция 1924 года, когда, в противовес всеобщему мнению, Эдвард Феликс Нортон поднялся без использования кислородных баллонов выше отметки в 8500 метров.
А ведь в его время альпинисты были снаряжены кирками, гетрами, примитивными горными ботинками и куртками вместо полноценного высотного костюма. Проблема была в том, что альпинисты на этой высоте, истощенной кислородом, поднимались со скоростью 25-30 метров в час.

Мне было ясно, что для успеха нужна другая тактика, нужно было обеспечить логистику таким образом, чтобы на штурм к вершине оставалось как можно меньше расстояния.
Таким образом я и Петер провели ночь перед штурмом на высоте около 8000 метров. Наш план был в том, что бы с одной стороны не получить кислородное голодание перед штурмом а с другой стороны иметь в запасе достаточно времени для медленного восхождения и спуска. Но и такой план не был без изъянов.
В то время Петер Хабелер был одним из лучших и быстрых альпинистов в мире, и для меня, именно поэтому, он был идеальным партнёром. Ведь для того что бы провести ночь близ "зоны смерти" а затем еще и подняться на Эверест, нужна была скорость, большая скорость движения.

А если предположить что Эверест на 200 метров выше, то есть если бы он был бы девятитысячником. Возможно ли было бы в таком случае восхождение без кислородных баллонов?

В какой-то момент наступает граница физиологических возможностей человека, на такой высоте из-за низкого давления кровь в организме уже буквально начинает закипать.
200 метров над Эверестом, а это между прочим было доказано экспериментально, это как раз та самая граница возможностей, здесь человек, как бы он ни был натренирован не способен переносить высотную болезнь. Без достаточного количества кислорода в Вашем теле не только ухудшается ваша работоспособность, Ваш мозг страдает от недостатка кислорода.
И очень быстро Ваша сила воли, Ваши умственные способности и сила принятия решений иссякают. Без силы воли на такой высоте Вы не способны сделать ни шагу.
Это конечно преувеличение, но на большой высоте, в разряженной атмосфере, альпинисты мутируют в зомби

Использовали ли Вы в своих восхождениях кислородные баллоны, например в чрезвычайной ситуации?

Нет, мы не брали с собой кислородные баллоны.

Допустим, что в то время у Вас была бы возможность взять на восхождение современное снаряжение. Что бы Вы выбрали?

Скорее всего, это был бы спутниковый телефон для сверки прогноза погоды. Сегодня Эверест по сути не представляет большой проблемы. В отличие от нашего минималистского альпинизма; сегодня развилась инфраструктура для альпинистов и горных туристов, функционирует взлетно-посадочная полоса; от базового лагеря до вершины маршрут прокладывается заранее.
Вы поднимаетесь на гору с кислородными баллонами, что по сути, уменьшает влияние высоты Эвереста до шеститысячника.
Сегодня лишь несколько из сотен альпинистов следуют нашему с Петером пути.

А что же делают тогда большинство альпинистов?

Подавляющее большинство тренируется в зале, на пластиковых стенах или на хорошо обустроенных и безопасных спортивных альпинистских маршрутах.
Они поднимаются на знаменитые горные вершины, такие как Килиманджаро, Денали, Манаслу, Аконкагуа и т. д.,
Даже на высочайших вершинах мира прокладываются маршруты для тех альпинистов, которые не способны самостоятельно взойти на вершину .

В молодости Вы ездили на оранжевом Porsche и носили Rolex. Было ли проще в прошлом с финансами для альпинистских восхождений?

Ролекс никак не был связан с Эверестом. Я носил его для кампании “Light into Darkness” а в последствии он был продан на аукционе.
И Порше был куплен за личные деньги.
Спонсорство экспедиций увеличилось лишь за счёт роста оут-дор индустрии. В какой-то степени я даже помог заложить почву для этого, и я рад, что многие профессиональные альпинисты зарабатывают себе на жизнь сегодня больше, чем в прошлом.

Райнхольд Месснер (Reinhold Messner) со своим сыном на съёмках фильма “Mount Everest – The Last Step” . Фото ispo . com
Райнхольд Месснер (Reinhold Messner) со своим сыном на съёмках фильма “Mount Everest – The Last Step” . Фото ispo . com


После “Still Alive” и “Ama Dablam - Drama on the Holy Mountain,” “Mount Everest – The Last Step” это Ваша третья режиссерская работа. В ней Вы использовали уникальные съемки? Где вообще снимались сцены к фильму?

В основе фильма лежит оригинальный материал от Лео Дикинсона (Leo Dickinson). Это фильм был наполнен крупными планами Эвереста. Сегодня мы можем прикрутить специальные кинокамеры к вертолету и получить прекрасные кадры, которые дадут невероятное общее впечатление о горах.

Также мы добавили новые кадры, которые не могли быть сняты в 1978 году по причинам материально-технического обеспечения, также включены снимки, сделанные нами в Непале. Мой сын Симон и его напарник по альпинизму Филипп Брюггер воспроизвели эти сцены в оригинальной технике альпинизма того времени.

Насколько Вы счастливы, как отец, что Симон не стал вторым Райнхольдом Месснером?

Я не доволен но и не сожалею об этом. Каждый человек имеет право устраивать свою собственную жизнь. После окончания учебы в области молекулярной биологии Симон решил на некоторое время посвятить время горам, ведь он любит горы и ему нравиться альпинизм.
И я не советую ему, как ему поступать с его собственной жизнью.


Перепечатка материала на другие ресурсы возможна только с разрешения администрации сайта!

Теги: альпинизм, горы, Райнхольд Месснер, Reinhold Messner, Непал, Эверест
Автор: Редакция 4sport.ua, по материалам www.ispo.com
Просмотров: 2149
Опубликовано 2018-05-08 в альпинизм

comments powered by Disqus