Ужасная трагедия на Монблане 1961 года

Семь альпинистов попали в сильный шторм на центральном столпе Френей (Freney Central Pillar) – каменного монолита на итальянской стороне Монблана. Пять дней спустя, вертолетом в Курмайор были спасены лишь трое выживших.

три столпа Френей (Freney Pillar) на Монблане
три столпа Френей (Freney Pillar) на Монблане
Центральный столп Френей – это 800 метровые шпили со стенами сложенными из красивого красного гранита, высотой чуть пониже верхушки Монблана, расположенный на Итальянской стороне был одной из нерешенных «Великих проблем» в Альпах.
Такой в душе альпинистов он остается и по сей день, в отчасти из-за разыгравшейся на его склонах страшной трагедии унесшей 5 жизней на одном из величайших классических маршрутов в массиве Монблан.
В 1973 году этим маршрутом была 100 метровая линия созданная великим мастером Гастоном Ребуфа (Gaston Rebuffat), входившая в перечень «100 самых красивых маршрутов в массиве Монблан»; именно он находился на последнем, сотом месте этого перечня потому, что считался величайшим достижением в карьере любого альпиниста того времени.

Расположенный вдали от туристических троп и жилых поселков, ведущий свою линию среди снегов и льда, по труднейшим скальным сложностям к вершине высотой более 4500 метров, где отступление назад может быть невозможным из-за высокого риска плохой погоды этот маршрут требует от альпинистов высочайшего мастерства и концентрации при его прохождении, и не только в 70-ые годы… даже сейчас при современном развитии альпинизма, этот маршрут довольно сложен для прохождения.
Гастон Ребуфа писал в своей книге: « Многие другие маршруты имеют гораздо более длинную линию и более сложные скальные участки, но ни один из них не требуют такой концентрации в принятии правильных решений и расчета следующего шага, также стоит все время помнить, что сход с маршрута может быть очень сильно затруднен в случае резкого ухудшения погоды. Столп Freney является наиболее ярким примером того, какие трудности ожидают альпинистов на скальных маршрутах, как много опасных факторов необходимо преодолеть.

В июле 1961 года, я первый раз попал в горы Шамони, где на местных скалах совершал свои первые восхождения. Я очень отчетливо помню сцену, после разыгравшейся трагедии, когда я увидел Пьере Мазо (Pierre Mazeaud) тяжело опиравшегося на плечо своего товарища и с трудом идущего к почтовому отделению города Шамони. В отделении он резко и громко кричал на сотрудников почты, которые по какой-то причине не переслали ему в госпиталь очень важное заказное письмо… Тогда мне было 19 лет, и тот факт, что самому младшему погибшему члену команды на Монблане было не так уж и больше чем мне – 22 года, очень сильно потряс меня, оставив в моей душе неизгладимый след на очень долгое время.
Другой моей связью с этой драмой было знакомство с Мюриэль - девушкой Роберта Гийома (Robert Guillaume), которую я повстречал в тот период.

Позже, я несколько раз поднимался с ней и ее новым парнем – Майком Гравина (Mike Gravina) на ряд вершин в Альпах, вскоре, Майк и Мюриэль сыграли свадьбу.
Я познакомился с Мюриэль в колледже «Jesus College» в Кембридже в 1961 году на проходивших там ежегодных встречах Кембриджского Альпийского Клуба, после нашего знакомства мы несколько раз вместе совершали восхождения в горы, оставаясь все время лишь добрыми друзьями. Сейчас, после того как она переехала жить в Лос-Анджелес я вижу ее очень редко, но каждый раз, когда нам удается встретиться, в моем сердце проскальзывает боль за погибшим на Френее Робертом Гийомом, таким молодым, полного сил и красивым 25-и летним альпинистом.

В далеком 1957 году Жан Кози (Jean Couzy) и Роне ДеМазон (Rene Desmaison) судя по всему были первыми альпинистами предпринявшими попытку первопрохождения на вершину Монблана по столпам Френея. В последствии, первопокоритель восьмитысячника Макалу - Жан Кози погиб в 1958 году в камнепаде при восхождении на вершину Devoluy.
В августе 1959 года, Вальтер Бонатти (Walter Bonatti), совместно с Андреа Ожиони (Andrea Oggioni) и Роберто Гальени (Roberto Gallieni) смогли подняться на нижнюю часть столпа, однако без помощи специального альпинистского снаряжения, они вынуждены были вернуться вниз.

В следующем, 1960 году было совершено несколько безуспешных попыток восхождения на Френей, предпринятые Вальтером Боннати, Мишелем Вочером, Роне ДеМазоном и многими другими.
В начале июля 1961 года 32-ух летний Пьер Мазо (Pierre Mazeaud) и его лучший друг, 25-летний Пьер Колман (Pierre Kohlman) совершив восхождение по маршруту Боннати с двумя своими коллегами: 22-х летним Антуаном Виелле (Antoine Vieille) и 25-и летним одним из лучших скалолазов Франции Робертом Гийомом (Robert Guillaume) решили совершить восхождение по Центральному столпу Френея (Freney Central Pillar), разрешив тем самым последнюю великую задачу в Альпах, вырвав победу из-под носа у профессиональных альпийских гидов!

Французская команда альпинистов
Французская команда альпинистов
Антуан Виелле (Antoine Vieille) – верху с сигаретой, Пьер Колман (Pierrot Kolhman), Роберт Гильем (Robert Guillaume) и Пьер Мазо (Pierre Mazeaud) в низу с сигаретой

Французская команда альпинистов
Французская команда альпинистов
Антуан Виелле (Antoine Vieille Celtique), Пьер Колман (Pierrot Kolhman), Роберт Гильем (Robert Guillaume) и Пьер Мазо (Pierre Mazeaud).

Хроника трагедии


cуббота 8 июля - понедельник 10 июля. Первый бивуак на стене

Вечером 8 июля 1961 года команда из четырех альпинистов приходит в хижину La Fourche. На следующий день погода на склоне горы была все еще слишком теплой, делая снежный покров очень неустойчивым, поэтому они решили немного подождать похолодания в хижине.
Ближе к полуночи, 9 июля в хижину, разбудив четырех французов, вошли три итальянских альпиниста: Вальтер Бонатти со своим партнером Андреа Ожиони (Andrea Oggioni) и его другом, коммерческим клиентом Роберто Гальени (Roberto Gallieni) – всем троим было тогда 31 год. Вальтер и Андреа, буквально недавно перед этим, вернулись из экспедиции в Перу к своей «родной» вершине – итальянской стороне Монблана, где в свои 31 год они открыли немало новых маршрутов.

Андреа Ожиони (Andrea Oggioni) и Вальтер Бонатти (Walter Bonatti) в хижине La Fourche
Андреа Ожиони (Andrea Oggioni) и Вальтер Бонатти (Walter Bonatti) в хижине La Fourche
Между двумя командами: французами и итальянцами состоялось совещание о завтрашнем восхождении на одну и туже вершину. Тогда Бонатти сказал французской команде: «Вы пришли в хижину первыми, поэтому идите на центральный столп и завершайте свою задачу, а мы втроем будем тогда пробовать проложить еще один новый маршрут». Однако Гийом и Мазо сказали: «Нет, это Вы были первыми в своих попытках покорить центральный столп, мы все знаем о ваших попытках восхождения на него. Давайте пойдем по одному и тому же маршруту». Так и решили, при этом группа итальянцев должна была выйти первой, а за ними французы.

В ночь на понедельник, 10 июля они уже поставили свой первый бивуак на стене, после того как смогли пройти 300 метров маршрута. У итальянцев с собой была небольшая легкая палатка – одна на троих, а у французской команды лишь небольшая пластиковая накидка, которой они планировали накрывать сверху спальные мешки, конечно в первую же ночь они почувствовали на себе холодную ночевку, но все в итоге обошлось благополучно.

Первая ночь. Пьер Мазо (Pierre Mazeaud), Антуан Виелле  (Antoine Vieille), Пьер Колман (Pierrot Kolh
Первая ночь. Пьер Мазо (Pierre Mazeaud), Антуан Виелле (Antoine Vieille), Пьер Колман (Pierrot Kolh
.

Вторник 11 июля. Начало бури

В начало нового дня первым номером на стене шел Вальтер Бонатти, последним в объединенной команде – Пьер Мазо, вся группа, несмотря на необычно большое количество альпинистов, поднималась в быстром темпе, и Вальтер благополучно достигает второй части столпа, ставя базу на площадке в конце первой части, названной ими «The Chandelle». Здесь уже французская команда: Мазо и Колман выходят первым номером и прокладывают первую веревку по ранее нехоженой второй части столпа. Команда движется по первой веревке преодолевая очень трудный ключ, в конце которого расположена очень удобная полка, на которую уже быстро поднимаются Роберт Гийом и Антуан Виелле.

Следующую веревку начинает прокладывать Пьер, в один момент, когда он пробойником пробивает отверстие под колышек, он слышит звук похожий на «звонок телефонного аппарата, он чувствует что его пальцы будто бы горят в огне и видит летящий стоп искр от ударов своего пробойника» (из воспоминаний альпинистов). Это было зловещее предзнаменование начала грозовой бури… Пьер быстро спускается, оставляя свой пробойник на стене, подвешенным на забитом гвозде, вниз на полку, где в это время его товарищи уже развернули бивуак.

Дождь начинается очень быстро, и идет с такой силой, что буквально за несколько минут все альпинисты уже были вымокшими до нитки. Когда Пьер спустился к площадке, из дождевой тучи начинают зарождаться разряды молний, бьющие совсем рядом с ними в скалы горы. Разряды настолько мощные и настолько рядом с людьми, что по альпинистам постоянно пробегают статические разряды, покрывая их одежду голубоватым электрическим светом.
К своему несчастью Пьер Колман, из-за проблемы со слухом носил в ушах слуховой аппарат, который от ударов молний и высокого электрического напряжения в воздухе, сгорает и Пьер, пораженный ударом, падает на своего товарища Мазо.

Только после быстро веденной инъекции корамина, Пьер приходит в сознание, но, из-за этого удара он лишается слуха и не может больше полноценно контактировать с другими членами группы.

Начало грозы на Freney Central Pillar. Трое из французской группы: Мазо, Антуан и Пьер
Начало грозы на Freney Central Pillar. Трое из французской группы: Мазо, Антуан и Пьер
Буря не стихает всю ночь, и молния несколько раз бьет прямо в хрупкий бивуак альпинистов. В своей книге «Naked before the Mountain» Мазо пишет: « мы были в страхе от неминуемой смерти и этот страх поддерживался тем фактом, что мы ничего не могли сделать для своего спасения, ни одного движения, даже говорить боялись… в голове только мысли о смерти… смерти к которой мы все подсознательно готовились как могли… Была полночь, но ощущения темной ночи небыло, свет молний освещал все вокруг как огонь из доменной печи. Время от времени от разрядов молнии мы вскакиваем на ноги и прыгаем на нашей маленькой площадке, в один из таких ударов нас силой швырнуло на стену… Позже я обнаружу следы этого толчка на моей лодыжке в виде множества маленьких черных точек – следов от прохождения по телу огромного электрического разряда. Искры выходят из наших рук и ног…». Вальтер в своих воспоминаниях точно также описывает пережитый ими ужас. В эту, совершенно неожиданно разыгравшуюся сильнейшую летнюю грозу Монблан превратился в огромный громоотвод.
Удары молнии продолжались до самого утра.

«Иногда, на короткое время, молнии прекращались, и мы могли вздохнуть с облегчением, а временами, казалось они окружали нас и старались целенаправленно убить » - пишет Бонатти в (MES Montagnes стр. 268.) - «Мы были сильными, полными жизни молодыми альпинистами, но абсолютно беспомощными перед бушевавшей стихией. Мы смогли лишь надеяться на нашу страховку – вбитые перед бурей колышки в стену, к которым мы зацепили веревку, все остальное наше снаряжения валялось рядом, под ногами – ледорубы, кошки, колышки. Что еще может быть лучшей приманкой для молний на каменной стене чем металлические предметы? Конечно, мы это понимали, и с одной стороны хотели бы избавиться от металлических вещей, сбросив их вниз в пропасть, но с другой стороны. Без нашего снаряжения мы бы вообще не могли бы спуститься вниз… По нашим ногам проходила такая сила электричества, что казалось их вот-вот разорвет на части, молнии просто скользили от головы к нашим ногам. Мы кричим и воем от ужасных ощущений и боли… Мы все еще живы, но чувствуем, что в любой момент одна из молний может нас просто испепелить…. » .

Позже Бонатти напишет: «У меня было сильное ощущение что мы не выберемся живыми, и я чувствовал что об этом думала вся команда».

Молния попала второй раз в Пьер Колмана и он в безсознании заваливается, выскальзывая с нашей площадки в пропасть, но Мазо удается его остановить за страховочную веревку. Пьер некоторое время не реагирует на наши попытки его привести в чувство, что бы мы не делали. В этот раз, после удара он окончательно оглох, но мы все еще можем понять друг друга жестами…
«Придя в себя, он плачет, плачет сильно, слезы медленно скатываются по его щекам… он смотрит прямо мне в глаза и я обнимаю его крепко как могу…Что может быть сильнее чем настоящая дружба? " (Пьер Мазо l'Insoumis р. 99).

Антуан Виелле (Antoine Vieille) в грозу на Freney Central Pillar
Антуан Виелле (Antoine Vieille) в грозу на Freney Central Pillar
.

Среда 12 июля, четверг 13 июля. В ожидании хорошей погоды

7:00 утра, бури кажется нет конца….идет сильный снегопад. До вершины остается так мало – всего лишь 90 метров, но команда не в состоянии закончить свое эпическое восхождение, все надеются что летняя буря, как обычно бывает в это время года, стихнет на второй день.
Они не знают, что этим циклоном сейчас охвачена территория всех французских Альп вплоть до побережья, где ураганным ветром на берег выбросило суда. В Шамони и Курмайоре, друзья и родные альпинистов, видя этот погодный ужас очень сильно начинают переживать за своих близких, когда ими была найдена в хижине La Fourche записка Бонатти о планах двух групп, начинают формировать спасотряд. Спасателям потребуется переждать еще 2 дня ужасной погоды, прежде чем они могут начать активную фазу спасения.

Команда, находясь так близко от вершины и пережив ужас первой ночи, несмотря на холод, ветер и снег, ве же надеетя подняться на вершину.
В последствии многие альпинисты и аудитория СМИ, особенно в Италии будут жестко критиковать такое решение команды. Но это решение приняла вся команда единогласно, после пережитых трудностей, теперь они во что бы то ни стало хотят подняться на вершину, и это решение, как многие думали, не связано с корыстными побуждениями, с бездумной жаждой покорения вершины во что бы то ни стало, нет, ведь после оставшихся 90 метров, спуск по другому маршруту был бы гораздо проще и гораздо более безопасней чем по маршруту по которому они сейчас поднимаются.
Все семеро альпинистов, обессиленные после ночной бури, продрогшие от холода и в снегопаде тратят очень много сил на казалось бы элементарные движения: провес перил, забивание крюков, движение по стене, все дается с огромным усилием и отнимает очень много времени.
« Тогда мы все понимали опасность спуска вниз, мы помнили трагедию на Эйгере» - вспоминает Мазо.
Эти два дня ожидания на стене решали их судьбу. Когда Мазо, намного позже, спросили: почему самый молодой из них умер первым, Мазо ответил: «Так получилось что более старшие из нас оказались более выносливыми… мы умирали в порядке увеличения возраста».

В шторме на Freney Central Pillar на полке бивуака
В шторме на Freney Central Pillar на полке бивуака
.

Пятница, 14 июля. Отступление

Утром, после очень короткой попытки Мазо провесить веревку к вершине, они понимают что теперь, по прошествии 3-х дней они потеряли большую часть своих сил, трясясь от холода и будучи полностью вымокшими от дождя и снега они теперь вообще не могут идти наверх, мало того, теперь они уже не могут и оставаться по прежнему на месте
Бонатти и Мазо принимают смелое тактическое решение, зная их единственный шанс на спасение: быстрый сброс высоты, однако следовало учесть высокую лавиноопасность вследствие большого количества свежевыпавшего снега. Вальтер решил использовать для импровизированного спуска кулуар Rochers Gruber, который он ранее хорошо знал, и берет на себя руководство спуском, замыкает группу . Андреа Ожиони, которому достается наряду с Вальтером самая тяжелая задача: страховка спускающихся и снятие веревок с маршрута. Несколько раз, веревка опасно застревает в трещинах и уступах, и ее снятие требует многих усилий. Но все же им удается спуститься в нижнюю часть столпа, где из-за аномального снегопада слой снега достигает пояса… Группа начинает движение к Col de Peuterey. К ночи они с трудом находят в скалах широкую трещину, в которой устраивают свой пятый бивуак на стене. Эта пятая ночь будет худшей ночью в их жизни…

Вымороженные до костей, с полностью промокшей одеждой в сильных порывах штормового ветра они вымотаны до предела.
Они складывают в общую кучу все остатки провизии которые были у каждого: остатки сухофруктов и шоколада, немного сахара и сушеного мяса.

Мазо чувствует что в таком состоянии начинают обмораживаться ноги, но хуже всех - Колману: его руки уже начинает красить обморожение в свой черный цвет…Бонатти протягивает ему маленькую бутылку со спиртом для растирания обмороженных рук… Пьер, в полуобморочном состоянии, думая что это ему налили горячий чай, начинает пить спирт, он делает несколько глотков, прежде чем Вальтер вырывает бутылку из его рук.

Ночью, когда Колман ложиться спать, Бонатти сильно переживает: «Неужели мы вышли на предел человеческих возможностей? Неужели это безумие?».
Последняя чашка горячего чая перед сном и у них больше нет запаса газа для горелки, теперь они вынуждены растапливать снег прямо во рту, обжигаясь холодом, это не приносит много пользы и все сильно мучаются от жажды.
Мазо вспоминает, что в этот момент говоря в Антони Виелле, даже шутил о женщинах: «Он мне сказал: мы не будем завтра в Шамони, это же ведь глупо для Тур де Франс…. и я не смогу заниматься любовью с Анни!». Они провели ночь выкуривая остатки последних сигарет.

В ожидании смерти на Freney Central Pillar
В ожидании смерти на Freney Central Pillar
.

Суббота 15 июля. Кто выживет?

Они просыпаются в 3:30 утра, и вскоре начинают происходить самые трагичные события.
Самый младший из них: Антуан Виелле погибает первым этим утром.
Семь человек начинают спускаться вниз, пытаясь добраться до наступления темноты до скал Grüber, а затем к убежищу Гамба (Gamba). Бонатти писал: «Если мы не будем двигаться, мы погибнем точно». Бонатти по прежнему идет первым и они приходят к скалам Grüber, но они видят что спуск по слону очень крутой и завален очень неустойчивым снегом с большой вероятностью схода лавины. Здесь они решают спускать каждого в отдельности, страхуя всей командой. В 9 утра, на середине этого спуска от истощения умирает Антуан, его спускают, и Мазо с Гийомом пытаются оживить его, но все тщетно, Антуан умер… К ним в это время спускается Бонатти и втроем они кладут тело на брезент палатки а Пьер Мазо кладет один из крюков Антуана ему на грудь.

24 года спустя, Бонатти вспоминает: «Когда умер Антуан я был рядом к Колманом. Тогда я сказал себе: мы должны быть сильней… да, это звучало очень жестко. Теперь, уже вшестером мы были на грани нервного срыва. Я сказал остальным: если мы хотим выжить мы не должны терять ни минуты. Это была резкая речь, но я должен был это сказать, хоть как то привести в чувство своих товарищей. В тот день, спускаясь к хижине, только я один знал верный маршрут. Если я их оставлю прощаться со своим другом они погибнут на склонах горы, эта мысль постоянно не давала мне покоя, заставляя все время двигаться. »

Оставшись вшестером, они по прежнему продолжают двигаться за Вальтером Бонатти, понимая что без него все погибнут. Они проходят скалы Grüber и траверсируют ледник Freney в тумане, среди многочисленных опасных трещин. Все они истощены и обессилены. Через некоторое время они замечают впереди сквозь марево тумана перевал Innominata.. Это их спасение, уже за ним такая долгожданная хижина Гамба…
В это время им кажется что они слышат голоса спасательной команды, раскатывающиеся эхом в туманном леднике, но где же они? И были ли спасатели возле них?

Уже после трагедии, когда проводился разбор случившегося, выясниться что спаскоманда, спутав дорогу, пошла вверх по соседнему леднику Brouillard, проходившему чуть правее от ледника Freney на котором находилась требующая помощи группа… Голоса стихли… и Бонатти понял что спасатели потеряли их, теперь команда решает избавиться от всего лишнего и тяжелого снаряжения, оставив лишь несколько крючьев, карабинов и немного веревки.

Бонатти с Галльени выдвигаются вперед, что-бы в снегу на льду проложить видимую дорожку, за ним идет Мазо. Вдруг он слышит позади себя истошный крик, это голос Ожжиони, который говорит что потерял из виду Роберта Гийома. Команда останавливается и пытается звать Роберта, но буря мешает их планам, поиски напрасны. В последствии, спустя несколько дней, тело Роберта будет найдено спасателями в одной из трещин ледника.
Теперь уже впятером команда выходит к перевалу Innominata в 11 ночи. Здесь Бонатти провешивает 50-и метровую веревку. Теперь очередь идти первым номером для Ожжиони, но он не в силах даже подняться с земли, и у Бонатти тоже нет сил чтобы тянуть его наверх.

В 12 ночи Бонатти просит остаться группу на этом месте, в то время как он один пойдет к хижине и приведет сюда спасотряд. Вдруг Колман, отвязывается от связки и бросается к провешенной веревке, начиная подниматься вверх по ледяному склону без какой либо страховки…Его догоняет на веревке Роберто Гальени и страхует его обвязку карабином за веревку. Мазо, объяснял этот момент позже говоря что Колман, посчитал что в этой просьбе Бонатти решил бросить всех на погибель и спастись сам…Колман находился тогда на грани безумия.


Воскресенье 16 июля. Трое выживших


Мазо и Ожжиони провели свою шестую ночь привязанными веревкой к вбитому в стену страховочному крюку.
К 1:00 ночи Ожжиони начинает бредить, Мазо вспоминает, что посмотрел на часы, когда Ожжиони, товарищ, с которым Вальтер Бонатти сделал так много восхождений в жизни, в том числе и знаменитый Brouillard Pillar в 1959 году, умер в 2:15 ночи от истощения.

Андреа Ожжиони (Andrea Oggioni)
Андреа Ожжиони (Andrea Oggioni)
Затем, уже недалеко от хижины Гамба, Колман впадает в приступ ярости смешанной с безумием, он кидается на своих товарищей, обвиняя всех в попытке бросить его умирать на горе… Его выпады угрожают срывом всей группы, они вынуждены отвязать Колмана от связки и оставить его на месте. Из-за этого инцендента группе потребовалось потратить лишние три часа на подход к хижине, вместо обычного одного часа в походных условиях.

В 3:00 ночи Бонатти и Галльени наконец-то приходят в хижину, в которой спят тридцать спасателей. Спасатели немедленно выходят на помощь оставшейся части группы, а Бонатти и Галльени падают обессиленные на кровати и засыпают.

В 4 часа утра на руках спасателей в бреду умирает Колман. К 6:00 утра спасатели, среди которых участвует и Гастон Ребуфа (Gaston Rebuffat) приводят Мазо в хижину Гамба (когда они нашли Мазо, он был в состоянии близкой к коме), где и сообщают Галльени о смерти его товарища и лучшего друга. Также Пьер узнает о смерти и своего лучшего друга, Пьер Колмана: «он был для меня как брат» - говорил Пьер.
В конце концов, только Вальтер Бонатти, Роберто Галлиени и Пьер Мезо выжили - три из семи.
Они дошли до хижины Гамба в состоянии, которое команда спасателей-медиков описала как «без шансов на выживание», но им все таки удалось выжить.
Пьер получил сильные обморожения, а Бонатти и Роберто пережили трагедию практически целыми.


Хронология драмы


Хронология трагедии 1961 года на Freney Central Pillar
Хронология трагедии 1961 года на Freney Central Pillar
--- пунктирная линия вверху справа: путь 10 июля из хижины La Fourche к Col de Peuterey
1: La Chandelle: точка первого бивуака 10 июля в 300 метрах от вершины, здесь группа пробыла до утра 11 июля и 14 июля, когда спускалась вниз.
2: 15 июля 9 утра, скалы Grüber - смерть Антуана Виелле.
3: 15 июля 19:00 – исчезновение Роберта Гийома в трещине на леднике Freney.
4: 16 июля 2:15 ночи, смерть Андреа Ожжиони. Спасатели находят еле живого Мазо в 5.30 утра.
Крест 16 июля 4:00 утра – место где нашли тело Колмана
5: 16 июля хижина Гамба в которую приходят Бонатти и Галльени
---- пунктирная линия внизу слева: ошибочный маршрут спасательной команды


Эпилог


Спасатели ведут Пьера Мазо (Pierre Mazeaud) к хижине Гамба
Спасатели ведут Пьера Мазо (Pierre Mazeaud) к хижине Гамба
Пьер Мазо (Pierre Mazeaud) доставлен вертолетов в Курмайор
Пьер Мазо (Pierre Mazeaud) доставлен вертолетов в Курмайор
Позже в некоторых из итальянских газетах будет обвинен в таком трагичном исходе группы Вальтер Бонатти, который, по мнению журналистов, бросил на произвол группу и ушел в хижину не предприняв попыток спасти их.

Знаменитый итальянский писатель Dino Buzzati, который стал близким другом Уолтера и Мазо, встал на сторону защиты действий Бонатти, в статье, опубликованной на 21 июля 1961 года он пишет « Если вы действительно хотите возложить всю вину на действия Бонатти (а это очень легко сделать, сидя дома в теплом кресле а не находясь на грани жизни и смерти, вися над бездонной пропастью скал в 30-и градусный мороз, замерзая от проливного дождя, снега и находясь под ударами молний), поставьте для себя прежде всего вопрос не «Как мог правильно поступить Бонатти» а вопрос: «Как он смог сделать так много для спасения группы».

В последствии Бонатти писал в книге «The Mountains of my Life»: «…. Я выжил, это все что я могу сказать. Выжил может быть от того что хотел этого больше чем другие, я не хотел и не мог позволить себе умереть». Пьер Мазо также полностью поддержал все действия Вальтера в спасении команды.
Мазо в своей книге «Naked before the Mountain» писал без двусмысленных выводов что полностью обязан жизнью Вальтеру и что без него вся команда погибла бы так и не сумев спуститься в низ.
В обычных условиях их борьба за жизнь могла долго и не продержаться, практически всегда в то время на вершине Монблана альпинисты погибали в течении трех-четырех дней если попадали в катастрофические погодные условия.

Позже Вальтер Бонатти будет награжден орденом Почетного Легиона – высшей наградой Франции за «мужество и братство, проявленные в драматической трагедии на Монблане».

Вплоть до смерти Вальтера Бонатти в 2011 году все трое выжившие в трагедии поддерживали очень тесную дружбу.

Столпы Френей на Монблане ( Freney pillars of MontBlanc)
Столпы Френей на Монблане ( Freney pillars of MontBlanc)
Сегодняшние маршруты на Столпы Френей на Монблане ( Freney pillars of MontBlanc)
Сегодняшние маршруты на Столпы Френей на Монблане ( Freney pillars of MontBlanc)
На этот перевод статьи распространяется закон об «Авторском праве». Перепечатка материала на другие ресурсы возможна только с разрешения администрации сайта! Спорные вопросы разрешаются в судебном порядке
по материалам http://www.summitpost.org

Теги: История альпинизма, Freney Central Pillar, Вальтер Бонатти, Walter Bonatti, Монблан
Автор: Редакция 4sport.ua
Просмотров: 11672
Опубликовано 2012-11-09 в альпинизм

comments powered by Disqus